Рейтинг:  1 / 5

Звезда активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

В предыдущей части мы рассмотрели, что такое ощущение и какие физические элементы мозга являются его носителем. Ощущение является первичным по отношению к сознанию. Не будет ощущения, не будет и сознания. 

Зададимся вопросом: мог ли плод в утробе понимать, почему ему “хорошо” – от алкоголя или адреналина? А на второй день, почему “плохо” - от алкоголя или другого какого-нибудь препарата? Не смотря на то, что в этих процессах могут быть задействованы различные нейроны и различные в них энергетические уровни электронов, различить эти явления мозг плода пока не может. Даже созревший мозг иногда не может понять - почему ему “плохо”. Вроде бы все как обычно, а настроение плохое. Или что-то болит внутри, а что не известно. То ли сердце, то ли желудок, то ли еще что-нибудь.

Вот эти пространственные расположения ощущений и дифференцирует сознание. Точнее к пространственному распределению ощущения прилагается осознание этого энергетического поля.

Как только живое существо родилось, оно обладает ощущениями, но оно ничего не осознает. В этот момент на него обрушивается свет, звук, тактильные воздействия. Оно видит какое-то светлое помещение, какие-то движущиеся объекты, эти объекты издают звуки, шлепают его, таскают на руках, иногда окунают в контрастную воду и вообще много чего такого, чего в чреве матери не встречалось. Хочется пить, есть, дышать, а тут еще и эту слабенькую нить снабжения безжалостно перерезали. Казалось бы, ужасный стресс и его должно было бы запомнить на всю жизнь, но не тут, то было. Сомнительно, чтобы кто-то вспомнил хотя бы часть тех событий. Многое из случившегося родившееся существо ощущает, но выделить что-нибудь конкретное из этого, оно не может. Плохо когда тебя ни за что хлопают или окунают в холодную, а затем чуть ли не кипящую воду, ощущается что это не хорошо, но ничего не поделаешь – остается только кричать.

Что же получается, все эти фотоны образов, звуков и всего другого никакого воздействия на этот мозг не произвели? Где же все эти мощные запоминающие нейроны? Можно не волноваться они все, вернее большая их часть, на месте.

Читатель наверняка помнит, как на заре фотографии люди часами сидели на солнышке, чтобы отраженные от них фотоны произвели соответствующие энергетические изменения в атомах серебра на фотопластинке. Чем дольше, и менее двигаясь, человек сидел перед этой пыточной камерой, тем лучше получалась фотография. Чем меньше он терпел, тем бледнее и бледнее становилось изображение и потом вообще не проявлялось. И что же в не проявляющейся  фотопленке не осталось никаких следов от нашего изображения?  Нет иногда, а точнее всегда, хоть какая-то часть атомов, но модифицировалась и это можно техническими ухищрениями обнаружить, в то время как стандартная процедура проявления говорит, что пластинка чистая. Вот по отношению к стандартным процедурам можно сказать, что явно не проявляемое изображение находится в “подсознании”.

Примерно, то же происходит и с мозгом. В начале вне утробной жизни он похож на малочувствительную фотопластинку. Внешняя среда постоянна, а данная пластинка или мозг на этом этапе запоминают мало. Со временем человечество модифицировало фотопластинку до очень большой чувствительности, но сделать так, чтобы не было этой зоны “подсознания”, практически пока не возможно. Это возможно только в том случае, когда мы сможем влиять на каждый электрон индивидуально. То есть даже самая чувствительная пластинка будет обладать такой зоной, правда для ее зоны “подсознания” потребуются и другие внешние условия: время экспозиции, освещения и т.д. Почти такой же процесс происходит и в мозгу. Сначала информации запоминается мало, и ее проявить невозможно, потом ее запоминается  все больше и больше и она начинает проявляться сначала самими чувствительными устройствами, а затем и более грубыми.

Следует заметить, что корреляция фотоэмульсий с мозгом имеет существенную величину. Они работают с фотонами, процессы, происходящие в атомах аналогичны, но эмульсии работают с узким видимым спектром (и то красные фотоны не работают) и самое главное - эмульсия не ощущает. Она не может сама регулировать свой энергетический уровень, т.е. она не сможет в ответ на поглощенный фотон излучить такой же фотон из своей среды. Иначе говоря, эмульсия не может повысить контрастность без изменения общей яркости, а для мозга это рабочее состояние. В мозгу в ответ на появление светового пятна появится темное пятно, но не за счет выключения светящихся областей или понижения их яркости или изменения цветов, а за счет конструкции новых поглощающих областей или реконструкции старых (рытье новых впадин или углубление старых).

Все это происходит потому, что в эмульсии нет синапсов и связей между ними. Нет рецепторов и нейромедиаторов, создающих тот или иной свет, который подобно фонарику освещает тот или иной предмет или ландшафт. Такое явление в макромире можно наблюдать, если, например, на бумаге написать слова не только видимыми чернилами, но и различными симпатическими чернилами. Освещая надписи различными потоками фотонов (видимого спектра, ультрафиолетового, теплового, тактильного, если надпись сделана тиснением, или иного вида фотонов), мы будем читать то или иное слово, не видя других. 

Наука на данное время не имеет точного представления, для чего нужны синапсы, какие функции они выполняют и как.

Очень похоже, что синапсы выполняют функции генерации различных потоков фотонов и передачи их через рецепторы к различным нейронам.

Ученые полагают, что митохондрия снабжает клетку энергией, которая выделяется при определенных реакциях (АТФ, АМФ, АДФ, НАД, НАДФ, ГТФ …). Но, к сожалению, дальше расшифровка этих понятий не идет. Энергией и точка. А энергия эта выделяется в виде фотонов той или иной энергии. Причем каждый вид митохондрии генерирует свои фотоны. В химических реакциях участвуют различные элементы при различной ферментации. Обычно эти реакции инициируются и протекают при тепловых фотонах. Генерируемые митохондрией фотоны и ферментируют и синхронизуют весь цикл работы клетки. Без этих фотонов аденин никогда не “узнает” (как выражаются ученые) тимин, узел сахар-цитозин-сахар никогда не  “узнает” гуанин и т.п. Не произойдет ни репликации, ни транскрипции, не удастся построить пептидную цепь.

Нейротрасмиттеры генерируют фотоны, которые позволяют нейронам поглощать поступающие извне фотоны, излучать фотоны из своей среды или если внешняя среда заставила нейрон излучить фотон, то среда генерирует такой же фотон, который будет поглощен каким-нибудь нейроном мозга. Алкоголь или наркотик поднимает энергетический уровень в направлении “хорошо” и держит его в динамическом состоянии некоторое время, но в это же время генерируются или поглощаются фотоны, формирующие поле “плохо”. Вскоре после окончания действия возбуждающих средств электроны, на которые они воздействовали, возвратились почти в исходное состояние, а противоположное состояние формировалось внутренними средствами и оно запомнилось. Алкоголь в виде тошноты, головной боли, а наркотик довел организм до ломки. Чтобы компенсировать это  “плохо” следует создать устойчивое поле “хорошо”, возможно, даже на других нейронах, которые вовсе не участвовали в пьяной оргии.

Современная наука предполагает, что сигналы от нейрона к нейрону или от аксона к нейрону передаются посредством молекул химических веществ. Вот как описывается данный процесс на сайте: “Лекция №. 202: Нейрон. Основная структурная единица нервной системы”.

“Синаптическая передача.                                                                      

На конце аксон разветвляется и образует ветки, называемые терминалами аксона. Во всем аксоне находятся очень маленькие сосудики, называемые пузырьками, которые особенно сконцентрированы в терминальной бляшке. В пузырьках содержатся химические вещества, называемые нейротрасмиттерами. Нейротрансмиттеры - молекулы химических веществ, которые возбуждают или подавляют передачу импульса следующему нейрону после того, как импульс проходит через синапс. Когда импульс достигает терминальной бляшки, пузырьки в нейронной мембране лопаются и освобождают содержащийся в них нейротрансмиттер. Освобожденный нейротрансмиттер устремляется в синаптическую щель - микроскопическое пространство между двумя нейронами. Попадая в синаптическую щель, некоторые молекулы проникают в мембрану, в так называемые рецепторные участки, особые участки нейрона, подходящие по форме определенным нейротрансмиттерам. Нейротрансмиттер можно сравнить с ключом, который подходит определенному замку на рецепторном участке. Как только ключ попадает в замок, нейротрансмиттер входит в мембрану соседнего нейрона”.

Нейротрансмиттеры выполняют различные функции в организме. Ацетилхолин, который был открыт первым, участвует в регуляции мышечной деятельности и работе памяти. Норпинефрин  и дофамин участвуют в регуляции настроения.

“Эндорфины: (их несколько) являются естественными обезболивающими”. 

“В нашем организме очень большое количество нейротрансмиттеров. Они либо возбуждают, либо тормозят передачу нервных импульсов по нервной системе. Это возбуждение и торможение может оказывать некоторое воздействие на наши мысли, чувства и поведение”.

“Сейчас известны как минимум 60 нейротрансмиттеров, а остальные еще предстоит открыть. Существовало также мнение, что для каждого нейротрансмиттера существует один рецепторный участок. Теперь известно, что существует как минимум 1.000 рецепторов на каждый нейротрансмиттер. Мы видим, что весь процесс очень сложен: у каждого из 60 нейротрансмиттеров более одного рецепторного участка. Это значит, что для каждого химического вещества в мозге человека существуют разные подтипы рецепторных участков”.

И как уточняется в данной лекции:

“Это упрощенное описание того, что на сегодняшний день известно науке. Передача нервного импульса редко представляет собой стимуляцию одного нейрона другим. Любой нейрон имеет сотни и тысячи окончаний аксона и синапсов и может возбуждать или тормозить импульсы (или получать возбуждающие или тормозные импульсы) во множестве других нейронов”.

Конечно, это не мало, можно производить некоторые практические действия по медицинской и социальной части, но вопросов все-таки остается много. И самый не понятный вопрос: как связать возбуждение или не возбуждение нейронов с нашим “Я”? Предположим, что мы получили некоторую конфигурацию возбужденных нейронов. Может ли данная конфигурация представлять (репрезентировать, выражаясь научным языком) холод, дерево, сладкое или что-нибудь другое? И главное дело кому или чему представляется данная конфигурация? Кто или что осознает, что ему представляется холод, дерево или сладкое? Это может быть только “Я”. Оно само состоит из образов всех материальных явлений, попавших через различные органы чувств в мозг, а также частично полученных по наследству, и образовавших определенную энергетическую конфигурацию в данном континууме нейронов. 

В мозге человека предположительно 100 миллиардов нервных клеток и если считать, что клетка может быть только в двух состояниях, возбуждена - не возбуждена, то это примитивный компьютер. Стало быть, нужно дифференцировать состояние возбуждения клетки. Нейрон должен принимать и генерировать различные импульсы. Но что это за импульсы – прямоугольные, синусоидальные, колоколообразные или какие-нибудь другие? Какой амплитуды, частоты и фазы? Все известные виды импульсов человек генерирует движением электронов или каких-нибудь других заряженных частиц. Можно ли предположить, что в мозгу происходит нечто подобное?  Конечно, в мозгу есть много и свободных электронов и ионов, и их движение порождает некоторые токи. Можно даже связать импульс с движением всего одной частицы. Пусть она движется по любой модели, но что заставит частицу так двигаться? Нет таких специализированных генераторов в нейроне. Движение частиц в мозговой ткани необходимо для произведения некоторых реакций, генерирующих некоторые потоки фотонов различной энергии. Это, если угодно, различные потоки света, в том числе и видимого спектра, при условии, что иногда видим свет, чаще всего над умирающим человеком. В этом смысле можно сказать, что улетела “душа”. Но спектр фотонов мозга простирается дальше видимого диапазона частот.

Естественно, что и само движение порождается квантовыми процессами, но мы не будем рассматривать этот процесс,  а просто будем считать, что в результате движения частиц происходят те или иные химические реакции, в результате которых и выделяется или поглощается некая энергия. Обычно предполагается, что выделяется или поглощается тепло. И это так, но это не одинаковые тепловые фотоны. В любом диапазоне: тепловом, видимом, рентгеновском или каком-нибудь другом существует множество фотонов различной энергии, они могут отличаться всего одним квантом. Для нас они пока неразличимы, а для электрона это различные фотоны.

Нам важно то, что каждый из нейротрансмиттеров генерирует свой вид фотонов. Это основная функция нейротрансмиттера. Когда Вы смотрите, например, на цветок, то фотоны от цветка попадают на молекулы белка, распространяясь по нервным волокнам. По этим же волокнам распространяются и фотоны, генерируемые нейротрасмиттером, и некоторые из них совпадают с частотой фотонов от цветка, т.е. по существу фотоны нейротрансмиттеров являются опорным лучом для голографической записи изображения цветка. А поскольку оба эти вида фотонов распространяются почти по всему мозгу, то удаление любого из полушарий мозга не приводит к полному уничтожению образа цветка из мозга.

Здесь следует прояснить явление записи. О голографической записи образов в мозге или строения морфологии живого догадывались многие (Гаряеев, Букалов и др.), но все упирается в синхронизацию. Кажется невозможным синхронизовать все виды фотонов. Это не так. Современная наука полагает, что энергия фотона зависит от частоты, что не совсем верно. Все фотоны имеют одну и ту же частоту, но количество колебаний в фотонах различное и все они имеют одинаковую фазу, так как генерируются один при помощи другого через микрочастицы, в частности через электрон. Качели можно раскачивать различными способами. Важно только чтобы направление приложения раскачивающей силы совпадало с направлением движения качелей. Можно раскачивать качели одним толчком, что в большинстве случаев и происходит, можно этот толчок разделить на несколько меньших, но с суммарной энергией равной одному толчку, и приложить эти силы одновременно или последовательно. Во всех этих случаях качели будут запасать представляемую им энергию. Кинетическая энергия будет увеличиваться, переливаться в потенциальную энергию и обратно. Качели будут подниматься на все более высокий и высокий уровень. Но как только импульс раскачивающей силы растянется до того времени, когда качели начнут возвращаться обратно, то сила начнет тормозить качели и накопленная качелями энергия начнет расходоваться на преодоление этой силы.

Такие процессы происходят и в атоме. Кванты, составляющие фотон, подобно маленьким толчкам, воздействующим на качели, пытаются перевести электрон на другой уровень. Квантов в фотоне очень много и в любой момент к данному фотону может параллельно присоединится другой фотон или несколько других (не обязательно жесткое фазирование фотонов) и если суммарная мощность фотонов будет достаточной, чтобы перевести электрон на другой устойчивый энергетический уровень, то электрон осуществит этот переход и останется на новом уровне. Если данной энергии будет недостаточно, чтобы перевести электрон до устойчивого уровня, то электрон излучит полученную суммарную энергию или поглотит не достающую сумму энергии.

Конечно, мы не знаем, как фотон физически ускоряет, или тормозит электрон можно только строить гипотезы по этому поводу, но ясно одно – при одинаковой частоте фотонов природе это делать проще, а соответственно и нам проще строить гипотезы. Синхронизовать различные частоты дело затруднительное, что и досаждает исследователям построения живой материи.     

Возвратимся к рассматриваемому нами цветку. Как только Вы закрыли глаза, но нейротрасмиттер еще генерирует, данный присущий ему свет, Вы все еще видите, точнее, представляете, цветок, хотя и не так ярко как с открытыми глазами. Большая часть фотонов от цветка не записались в белках. Они поднимали или опускали на другие уровни электроны, пока Вы смотрели на цветок, но это были неустойчивые уровни и электроны сваливались на прежние уровни. Это динамическое равновесие, но и оно ощущается “Я” как увеличение или уменьшение общего энергетического потенциала поля. Поэтому мы и закрываем или отводим иногда глаза от неприятных вещей.

Но все же, чем дольше мы смотрим на предмет, тем все больше и больше записывает мозг фотонов от предмета. Ярче запоминаются краски лепестков, четче выделяется форма листочка и т.д. То же самое происходит и с остальными ощущениями. Чем чаще мы произносим над родившимся существом слово “мама”, тем ярче оно осознается и с не яркого “уа” превращается в четкое “мама”. 

Таким образом, формируется осознание всех существующих видов ощущений, т.е. сознание.  “Я” сознает, что оно видит цветок, слышит мама и все - все остальное. И это все только потому, что “Я” может “видеть” с закрытыми глазами или “слышать” с закрытыми ушами. Если бы этих образов (полей) не было в мозгу, то “Я” бы пришлось осознавать эти явления, как и все остальное, сначала. Похоже что при болезни Альцгеймера нейротрансмиттеры некоторых явлений не запускаются или не находят своих рецепторов и человеку надо сначала осознавать какое-нибудь явление. Он будет через каждые несколько минут спрашивать: “Как тебя зовут?”, хотя и знал человека всю жизнь. И образ имени этого человека, несомненно, хранится в памяти, но высветить этот образ при данной болезни нет возможности. Естественно, что пока наука не исследует данное явление на квантовом уровне, лечение данной болезни никогда не будет успешным. Будут случайным образом подбираться лекарства, излечивающие или помогающие одному человеку и бесполезны для другого – вот и все лечение. Правда, это присуще почти для всех болезней. 

Можно сделать вывод, что сознание это континуум энергетических полей (ощущений) образов явлений природы, проявляемых светом того или иного нейротрансмиттера или некоторой совокупностью их.  

Сознание выполняет работу такую же, как и материальный мир. Когда включается некий вид нейротрансмиттеров или некая их совокупность, соответствующая цветку или слову мама, то у нас формируются такие же поля ощущений, как и при виде цветка или услышанном слове мама, правда всегда в усеченном виде. Это касается всей материи от гвоздя до атома, от мычания до оперы, от “дважды два” до теории относительности и т.д. и т.п.

Но в природе существует бесчисленное множество явлений. Что же и видов нейротрансмиттеров столько же требуется? Да и рецепторов столько же в придачу? Увы, да. Правда некоторые не знают, что такое “дважды два” и им уже один вид нейротрасмиттеров не нужен, данный автор не слишком хорошо понимает оперу и ему ненужно несколько видов нейротрансмиттеров и т.д. Хотя возможно у каждого существует стандартный набор нейротрансмиттеров, но некоторые из них не задействуются до поры до времени. А чтобы один и тот же нейротрансмиттер (молекулу) использовать более рационально природа приспособилась заставлять его реагировать с различными рецепторами (то же различными молекулами). Кислород, вон, цепляется почти ко всем атомам. А “царская водка” разъедает все и вся. Примерно так же, только тоньше действует нейротрасмиттер и рецепторы. Как описано в цитируемой статье на нейротрасмиттер приходится несколько рецепторов. Можно предположить, что и один рецептор обслуживает несколько нейротрасмиттеров. Чтобы организовать такие перекрестные реакции, у природы и возник синапс. Некое подобие телефонного узла, только соединяет он не телефонные аппараты, а молекулы через фотоны.

Каждый вид нейротрансмиттеров или нейромедиаторов существует почти в любой точке мозга или, если сказать точнее, почти в любом синапсе. Возможно, что в некоторых областях мозга тех или иных нейромедиаторов больше чем других, а в некоторых областях мозга может некоторого вида нейромедиаторов и не быть.

Но как, же запускаются эти химические реакции? Какая физическая сила заставляет молекулу нейромедиатора светить данному рецептору, а не какому-то другому? Между двумя молекулами нет никакой среды, кроме вакуума и при дальнодействии молекулы могут связываться одна с другой только и только при помощи фотонов. Ничего другого у природы для этих целей нет. Если излучение одной молекулы является резонансным для другой, то это и есть тот пресловутый “замок-ключ”, по которому молекулы узнают друг друга. Но фотоны служат не только для узнавания, а для придания движения молекулам для их сближения.  По этому закону происходят все химические реакции, в том числе и биологические: репликация, транскрипция, трансляция, соединение при химических реакциях в нейротрансмиттерах и рецепторах и т.п. А что заставляет одну молекулу излучать свет, который является резонансным для другой молекулы? Обычно это катализаторы, энзимы, ферменты и другое, представляющее собою молекулы, светящиеся индивидуальным светом. И существует более сложный способ запуска молекулы на генерацию фотонов, это групповой запуск. Он осуществляется интерференционной или голографической сборкой фотонов. По этому принципу запускается, например, трансляция, что формирует морфологию живого. Велика вероятность того что и реакции в нейротрансмиттерах и рецепторах запускаются таким же образом.

Допустим кто-то, сидя перед компьютером, дочитал статью до этих строк. Человек желающий понять, в чем тут дело при словах интерференция, голография или фотон попытается представить, что это за явления, как они взаимодействуют, где и что он об этом слышал или читал. Каждое из этих слов возбудит (это внешнее возбуждение) некоторую группу нейротрансмиттеров (некое подобие опорного луча), которая возбудит все поле, касающееся данного явления (это внутреннее возбуждение). Все другие нейротрансмиттеры будут заторможены. За исключением людей, которые могут сознательно (не инстинктивно) выполнять одновременно несколько разных работ. Например, писать два разных текста двумя руками. Если другой читатель не верит в фотоны или, напротив, у него свое устоявшееся понятие о фотонах, то эти же слова также возбудят нейротрансмиттеры, которые осветят несколько другое поле, возможно даже в противоположной энергетической области. Такой читатель априори отвергнет прочитанное, не пытаясь его даже понять.

Возможно ли чтобы без внешнего или внутреннего (по отношению к мозгу) возбуждения сознание само высветило какое-нибудь явление? Подгоревшие каши, забытые обещания, пропущенный прием лекарств и многое другое подсказывает, что нейротрансмиттеры сами по себе, кроме как во сне, не срабатывают. Запах подгоревшей каши, некая запись или завязанный узелок, прострел в груди или напоминание жены о приеме лекарства возбуждают нейротрансмиттеры этих явлений, и сознание проявляется в виде этих явлений. Этот первый (условно) нейротрансмиттер порождает осознание вида убегающей каши, который запускает химическую реакцию нейротрансмиттера и рецептора, которые управляют движением тела. Человек срывается и бежит выключить плиту или снять кастрюлю с плиты. Для этих действий включаются свои нейротрансмиттеры. Несомненно, что в событии с подгоревшей кашей задействованы не четыре нейротрансмиттеры, а значительно большее их количество. Но все эти нейротрансмиттеры воспитаны в человеке после его рождения. Если человек не сталкивался с этим явлением (собственное наблюдение – зрение, рассказы – слух, запах, ожег или как-то иначе) раньше, то появление нового запаха и шипения на плите не вызовет реакции на быстрое выключение плиты. Человек сразу попытается понять, где находится источник нового запаха и шума и что там происходит, то есть попробует осознать это явление. Как только он увидит кипящую кастрюлю на плите (фотоны вида этого явления взаимодействуют с определенным, запущенным им же, нейротрансмиттером), то этот вид, запах, и шум будут связаны одним видом нейротрансмиттеров. Теперь такой вид или запах или шум будут запускать именно этот вид нейротрансмиттеров и все недостающие компоненты явления будут осознаны, воспроизведены в мозгу, и приведут к запуску быстрой реакции на запах или шум.

Если с запуском нейротрансмиттеров по приоритету большего поля можно согласиться, то с торможением остальных нейротрансмиттеров вопрос не возникает. Устойчивое состояние нейротрансмиттера заторможенное, он до возбуждения в реакцию с рецептором не вступает.  Действительно, когда мы смотрим на дерево, то мы его и видим, а не рыбу, пушку или что-то другое. Если же есть общие нейротрансмиттеры в поле дерева и рыбы, например, в ветви дерева мы увидели удилище, то через эту связь мы увидим рыбу.  Но вот взгляд скользнул на ствол дерева, и зажглись новые нейротрансмиттеры, которые могут быть связаны с бревном, а те в свою очередь могут запустить нейротрансмиттеры укладки бревна в дом или пуска его на распил. Так и бродит сознание нашего “Я” от одной составляющей нашего “Я” к другой. В этом и заключается саморегулирование мозга: ощущение, то есть поле, запускает реакцию нейротрансмиттеров с рецепторами, а они запускают новое поле, то есть новое ощущение. И так продолжается до тех пор, пока человек бодрствует.  Стоит сознанию дойти до такого состояния, когда очередной высвеченный образ не сможет запустить следующую группу нейротрансмиттеров, мы сразу же погружаемся в сон. Что в этом повинно, сказать трудно. Возможно, получилось слабое интерференционное поле или в нейротрансмиттерах израсходовались требуемые элементы, для пополнения которых требуется время. Так или иначе, но цепочка запуска в работу сознания прерывается. Громкий звук или яркий свет могут возбудить некоторые нейротрансмиттеры и человек проснется. А если человек выспался, то есть накопилось требуемое количество реагентов, то достаточно не значительного внешнего или внутреннего (поле так или иначе флуктуирует, поддерживая равновесное состояние) возбуждения и он проснется.

И так можно предположить, что запуск осознания явления осуществляется превалирующим полем. Обычно внешнее поле более мощное, нежели внутреннее. Когда мы смотрим на клавиатуру, то нам сложно видеть образ клавиатуры не закрывая глаз, ибо внешнее поле подавляет поле нейротрансмиттеров образов. Если мы видим предмет впервые, то он запомнится нам обычным образом, и мы сможем его образ воспроизводить в памяти. Но если мы видели клавиатуру мельком или при плохом освещении, то мы можем и не понять, что это была клавиатура, хотя ее какой-то образ и запомнился в мозгу. Можно сказать, что запоминание произошло на подсознательном уровне и слабый размытый сигнал от этого образа не способен зажечь нейротрансмиттеры, которые осветили бы это явление. Образ, может быть и не четкий, в памяти есть, но он вне зоны чувствительности сознания, то есть в подсознании. Отдельно вытащить из подсознания образ клавиатуры не удастся, но если запустить нейротрансмиттеры в которых уже участвовала клавиатура или нейротрансмиттеры образа устройства, похожего на клавиатуру, то образ клавиатуры может всплыть в сознании человека. Задавая различные вопросы можно запустить нейротрансмиттеры, которые осветят до некоторой степени и образ клавиатуры. В системе дознания этот метод часто используется.

До сих пор мы рассматривали пассивную сторону сознания. Окружающая среда формировала группы нейротрансмиттеров, которые открывали образы, соответствующие тем или иным явлениям, которые как раз и создавали эти образы. Эти явления объективно существовали во внешнем мире. Даже образ бабы-яги, если мы придумали его не сами, существовал в виде объективного энергетического поля в мозгу другого человека. Хотя это и виртуальный образ, но он существовал не зависимо от нас. Вся математика имеет виртуальную сущность, и мы прекрасно с ней сосуществуем.

Начиная с момента появления на свет, мы только и слышим и видим: это мама, это папа, это ножка, это ручка, дай ручку, открой ротик, ешь кашку и т. д. Далее начинается: это буква А, это буква О, это значок 1, покажи один пальчик и т. п.

Каждое такое явление поднимает или опускает наше энергетическое поле, то есть делает нам “хорошо” или “плохо”. Если нам каша надоела, то поле ушло в сторону “плохо”. Возбужденные состояния электронов заставляют мышцы аппарата приема пищи перейти в такое состояние, чтобы запретить прием пищи. Но не тут то было. А за маму, а за папу, а то баба-яга съест и это все переводит (звук работает) наше “Я” в область “хорошо”, рот открывается, и очередная порция каши за папу проглочена. Здесь наше сознание пополняет свой опыт, само не проявляя никаких усилий. На этом дело не закончилось, и родители начали повторять этот трюк вновь и вновь. “Плохо” от каши стало не сносным. Закрытый рот не решает проблему. И вот в какой-то момент случайный поворот головы с закрытым ртом привел к тому, что ложка с кашей не попала в рот. Пара таких опытов и мы уже со всех сил мотаем головой перед ложкой. Это не значительное для нас поведение появилось в результате проявления такого свойства как мышление.